Театр одного Яшина и другие карго-культы российской оппозиции

Одна из ключевых проблем российской оппозиции — карго-культ. Тупое и механическое перенесение практик и решений из мира западных демократий на суровую имперскую почву. Бессистемно, копируя исключительно внешние признаки и неизменно спуская суть в унитаз. 

Если в мире западных демократий власть меняется на выборах, то и росоппозиция будет до морковкина заговенья ходить на выборы, не понимая, что поставить галочку в бюллетене и сунуть его в урну — простейшее из действий, коему можно обучить даже обезьяну.

Эту галочку важно защитить. И вот тут встаёт проблема. Даже в мире западных демократий, где есть независимые суды, люди готовы защищать эти свои галочки массово, на улицах. 

Российская оппозиция говорит: «Голосуйте обязательно, а на улицах протестовать не надо. Ведь режим нам на сегодня оставил только один легальный способ сказать ему фи — галочку в бюллетене поставить».

Так выборы в России превратились в нерабочий инструмент, который оппозиция продолжает нещадно эксплуатировать, не понимая, что из него давно выхолощена вся суть. Без общественного контроля и, главное, общественного давления он — ничто, пустышка. Это пакетное решение. Либо оно работает в комплексе, либо ты, преодолевая тошноту, всякий раз пытаешься выбрать из нескольких путиных одного, наименее противного. И так — пока не сдохнет либо падишах, либо, что более вероятно, ишак, продолжающий покорно ходить и голосовать.

Илья Яшин — дитя этого российского карго-культа. Он копирует внешние признаки, хватаясь за поверхностное, не понимая и даже не пытаясь постичь сути всего механизма. Стоит ли удивляться, что запуская реалити-шоу с собой, любимым, в главной роли, Яшин снова не понял, как это работает на Западе.

«Каждая серия выхватывает один день, наполненный митингами, встречами с разными людьми, спорами, работой, спортом, бытом… В общем всем, из чего состоит жизнь любого политика. Оператор с камерой ходит за мной, как тень, и фиксирует множество деталей, как правило, скрытых от широкой публики», — интригует публику в соцсетях Яшин. Сериал, явно апеллируя к тюремному опыту новоиспеченного лидера российской оппозиции в изгнании, назван лаконично — «Этап». И это название — лучшее, что в нём есть. 

Бессмысленный 13-минутный ролик в тоскливых холодных тонах показывает нам Яшина в дороге, в застолье, на митинге, в качалке. Лица стёрты, краски тусклы…

С одной стороны, никто почему-то не объяснил Илье, что переизбыток подобной цветовой гаммы наблюдается в фильмах Звягинцева и Быкова — а происходящее там явно не ассоциируется с Прекрасной Россией Будущего, которую, как Землю Обетованную, обещает своим сторонникам Яшин.

С другой стороны, понятно, почему уже сама идея сериала вызывает раздражение и саркастичный смех. Для Яшина всё происходящее — лишь банальная смена декораций после Москвы. Он всё так же красиво разглагольствует и разводит вокруг себя маловразумительную движуху, практический выхлоп которой — нулевой. 

Потому сериал выглядит как максимально пошлый и убогий пиар во время чумы не только с точки зрения украинцев, чьи города продолжает планомерно превращать в руины Россия, а вовсе не один Путин.

Нет, шоу одного Яшина закономерно встречает отторжение и в среде российской политэмиграции, которая на пятом году войны всё чаще сталкивается с правовой неопределённостью, бюрократическими проволочками, отсутствием документов, квалифицированной работы и вообще каких-либо перспектив. 

С этой точки зрения, сериал про мажора, который разъезжает от одной европейской столицы к другой (чтобы исключительно потрепать там языком), находит время на качалку и посиделки с друзьями-соратниками в кабаках, способен вызвать ничуть не меньшую ненависть. И вызывает.  

С момента премьеры «Этапа» на ютьюб-канале Яшина прошло уже два дня. Количество просмотров там всё ещё не дотягивает даже до сорока тысяч. Для политика, мнящего себя одним из лидеров российской оппозиции —  оглушительный провал. Его уже даже как политического блогера воспринимают с трудом.  

И тут мы вновь возвращаемся к объяснению происходящего с точки зрения карго-культа, безраздельно царствующего в среде российской оппозиции. Яшин банально не понимает, как подобные реалити-шоу работают на Западе и для чего их в принципе снимают.

Там политик пытается разрушить барьер между собой и потенциальным избирателем. Показать ему: я — такой же точно, как ты, со своими бытовыми хлопотами, маленькими семейными радостями и домочадцами, мне нечего от тебя скрывать, мои доходы обеспечивают мне плюс-минус такой же уровень жизни как у тебя. 

Есть и более смелые примеры. В «Tower Block of Commons» четверо британских депутатов на время переселяются в неблагополучные жилые районы и живут там вместе с обычными семьями. Готов ли Илья пожертвовать качалкой и разъездами по разным странам — и поработать, например, простым курьером в доставке? Вопрос, само собой, риторический. 

Яшинское реалити-шоу не разрушает барьер. Напротив, лишь подчёркивает его наличие. 

Яшина явно не устраивает падающая популярность. Но зато вполне устраивает сословное деление, которое вывезли из России на Запад те, кого в политэмигрантской среде принято величать «хорошими русскими». 

Перед нами «Семейство Кардашьян» на минималках. Мегапонты на месте, а гламура по причине экономии бюджета — кот с логотипа «Мирных людей» наплакал. И никаких знойных латиноамериканских красоток вокруг мачо Яшина. 

Его борьба. 

Андрей Григорьев

“Всходы” — независимый проект об эмиграции, жизни в Европе и ситуации за новым железным занавесом. Поддержите “Всходы”