В центре Варшавы открылась выставка, посвященная башкирским политзаключённым. Сегодня действия Москвы против этого тюркского народа всё больше напоминают откровенный государственный террор. Дело о стихийных протестах в городке Баймак насчитывает более 80 фигурантов, двое из которых погибли при подозрительных обстоятельствах после задержания полицией; успевшего эмигрировать лидера башкирских националистов Руслана Габбасова пытались ликвидировать киллеры, нанятые ГРУ; а сводного брата Руслана российские силовики по сути взяли в заложники, объявив, что он «будет сидеть за брата».
В такой обстановке Комитет башкирского национального движения за рубежом и Лига Свободных Наций открыли 10 июля в столице Польши выставку, посвященную башкирам — народу, о котором, как сетовали сами организаторы, в Европе не знают практически ничего.
Организацией выставки занималась получившая убежище в Польше якутская активистка и член Лиги свободных наций Раиса Зубарева. Непосредственно башкирские участники съехались на открытие из разных стран. Представитель Комитета башкирского национального движения за рубежом, башкирский омбудсмен Айгуль Лион прилетела на открытие из США — и попросила не упоминать об её участии в акции до обратного отлёта.
По словам Айгуль, в США, на территории которых «ещё не было покушений или убийств членов национальных движений», она чувствует себя более уверенно.
— Здесь менее безопасно для активистов, таких «расчленителей» России. Потому что все страны Европы пронизаны шпионами, агентами русскими, — поделилилась она своими подозрениями в разговоре с редактором «Всходов» (напомню, расчленителями России представителей национальных и регионалистских движений называют не только кремлёвские пропагандисты. Этим летом пропагандистское клише Кремля подхватил и московский политик Илья Яшин, создавший в эмиграции партию «Мирные люди»).
— Насколько, на ваш взгляд, сейчас в Европе это понимают и с этим борются?
— Я не думаю, что они понимают, насколько это опасно. Я вижу в этом след Кремля или след «хороших русских», неважно, чей, всё равно это — Москва. В течение двух русско-чеченских войн, нас, коренные народы России, представляли для мира как сепаратистов, террористов, ваххабитов… И до сих пор мы не можем смыть этот ярлык с наших народов, со всех коренных народов… Тяжелая борьба впереди! Государства и их политиков надо переубедить, что на самом деле террорист номер один в мире это именно Российская Федерация, — подытоживает Айгуль.
Усилилось «ощущение тревожности» и у редактора интернет-издания «Аспекты Башкортостана» Руслана Валиева, который приехал на открытие варшавской выставки из Берлина.
— Элементы осторожности занимают всё больше места в процессе планирования поездок и вообще действий любых. Стопроцентной уверенности, конечно, нет. И, наверное, было бы опрометчиво расслабляться полностью, — описывает он свои чувства в нашей беседе.
Варшава как первая европейская столица на маршруте выставки была выбрана с вполне определённым прицелом. Именно поляки с их историческим опытом разделов и борьбы за независимость способны лучше других европейцев понять тех, кто сейчас борется за независимость от России, уверены в Лиге свободных наций.
При этом, посетовала со сцены Раиса Зубарева, ликбез в Европе приходится начинать практически с нуля: и в Европе, и в Америке многие до сих пор думают, что в России «только русские живут».
— Нас, коренные народы, никто не упоминает. Поэтому мы должны сами рассказывать. Никто не будет бороться за нашу независимость, никто не будет болеть за нас. Почему мы начали с башкирского народа? Потому что на сегодняшний день это — самая борющаяся нация, — объясняет мне Айгуль Лион.
По её словам, массовые протесты последних лет, на которые оказались способны башкиры, демонстрируют, что «у нас народ может собраться, мой народ — это сила».
— Главным триггером был шихан Куштау. После Куштау, когда мой народ отстоят гору, Москва поняла что действительно башкиры — это сила. Может быть, ни один народ в составе РФ не имеет сегодня такую силу. Москва и сегодняшние власти Башкортостана видят эту силу и боятся, — считает Лион.
На нескольких стендах, выставленных в сквере Гувера неподалёку от Старого города, рассказ о Башкортостане и активистах, попавших под каток политических репрессий. Здесь же можно ознакомиться с новейшей историей башкирского национального движения.
Одна из ключевых отметок в этой истории — «Баймакское дело», масштабный политический процесс, который называют самым крупным политическим делом со времён СССР.
Основными фигунтами стали простые жители Республики Башкортостан. В январе 2024 года несколько тысяч человек собрались в городе Баймак, где проходил суд над башкирским активистом Фаилем Алсыновым, чтобы выразить свой протест. Алсынова судили за речь, произнесённую перед земляками на башкирском языке. Донос на него написал лично глава Республики Башкортостан Радий Хабиров — одиозный ставленник Москвы, известный своей поддержкой войны в Украине.
Протест был жестоко подавлен, а более 80 человек стали фигурантами дела о «массовых беспорядках». С задержанными не церемонились. Одного из фигурантов, судя по характеру увечий, полиция просто забила до смерти в автозаке, ещё один задержанный впоследствии покончил жизнь самоубийством (по официальной версии), у третьего после общения с силовиками оказался сломан позвоночник.
Приговоры по «Баймакскому делу» выносят до сих пор. Людей судят маленькими группами за пределами Башкортостана, что затрудняет оценку истинных масштабов. Одно ясно точно: стихийные протесты в башкирском городке, о существовании которого едва ли подозревали лидеры российской оппозиции, стали крупнейшими с начала в стране с начала полномасштабной войны в Украине.
«Баймакское дело» — лишь вершина айсберга. В родной республике башкиры давно не чувствуют себя хозяевами.
— Выведен башкирский язык из оборота практически полностью, в школах, детских садах он отсутствует. По самым пессимистичным оценкам, за одно поколение — то есть тридцать лет — башкирский язык исчезнет, — делится со сцены мрачным прогнозом Марат Шакуров, который приехал на открытие выставки в Варшаву из Литвы.
Марат с семьёй эмигрировал из России ещё в 2005 году из-за «нестерпимой атмосферы».
— Там уже дышать было трудно, в России 2005 года. У жены литовское происхождение, мы этим воспользовались и уехали, — рассказывает он мне.
Шакуров уверен, что террор, развязанный Кремлём против башкир как внутри России, так и за её пределами, реакция на развитие национального движения, которое стало слишком заметным.
— Пока не было слишком активного движения за независимость, Кремль и не чесался. Да, они теперь воспринимают нас как врагов, что с одной стороны даже — хорошо. Не только они нас увидели, но и в народную массу капелька сомнения капнута — это очень хорошо. Процесс происходит незаметно. Я помню, как разваливался Советский Союз. Ещё в 1988-1989-м в Центральноазиатских республиках и речи не было об отделении. В Литве только началось шевеление, дальше подхватили Латвия, Эстония, Украина… А в 1991-м уже народ был готов к этому, — вспоминает распад СССР мой собеседник.
После упоминания мной предотвращенного покушения на основателя Комитета башкирского национального движения за рубежом Руслана Габбасова Марат сам заводит речь о художнике Семёне Скрепецком, застреленном в польском приграничном городе Бяла-Подляска 15 июня:
— Роберт Мубарак улы («Семён Скрепецкий» было псевдонимом художника), которого просто убили беспощадно — он ведь тоже в общем-то наш. И по идеологии, и по происхождению.
— По поводу его убийства вбрасываются разные версии. Сначала искали «чеченский след», сейчас про украинцев вброшена версия… Но вы считаете, это Лубянка, это Кремль?
— Да. Я так представляю: у них есть список примерно из двухсот-трёхсот фамилий активистов. Работа идёт одновременно по всем. Работает над этим подотдел какой-то очистки с каким-нибудь Шариковым во главе. В Москве этим пара тысяч человек занимается. На кого есть возможность выйти и убить — они примерно так и делают. Но возможности у них не огромные. Мы же помним, сколько человек было задействовано в бригаде по убийству Навального. Больше десятка. Так же — отдел по националистам. Нашли задёшево здесь в Европе каких-то болванов, глупых людей, которые за копейки это сделали — загремели. Да, конечно, я думаю, что за этим всем стоит рука Москвы, — соглашается Шакуров.
Россия, рассуждает Марат, развалится уже совсем скоро. До полномасштабного вторжения в Украину активист оценивал запас прочности страны примерно в четверть века, но война, по его мнению, существенно ускорила процесс. Для башкир это станет шансом обрести суверенитет.
— Единственное условие для того, чтобы состоялся независимый Башкортостан — государственный башкирский язык. На этом надо стоять твёрдо. И переходный срок — десять лет. Достаточно, чтобы перевести всю документацию, нормативные акты, официальные разговоры, — уверен Шакуров.
В том, что Кремль видит в Башкортостане пугающие для себя тенденции, не сомневается и Руслан Валиев.
— Там, несмотря на вопиющую массовую некомпетентность, встречаются люди, которые что-то знают, немножечко подкованные в истории. И они, зная историю башкортов, делают совершенно логичные выводы — что именно здесь могут произойти какие-то события, которых они не хотели бы. И, соответственно, считают, что методом репрессий и запугивания они могут эти события предотвратить. В этой части, кстати говоря, опять же проявляется некомпететность. Потому что бесконечное сжатие пружины приводит к тому, что она лопнет. Скорее всего, такие представления там есть не только о башкортах. Потому что на территории империи найдутся ещё люди и народы, которые готовы к переменам, — не сомневается Руслан.
Президент Лиги Свободных Наций Сыресь Боляень, приехавший на открытие выставки из Украины, рассказывает мне о массовых преследованиях в 2023 году эрзянских активистов. Тогда ФСБ арестовало двадцать человек по всей России. Приговором закончилось уголовное дело двух ветеранов эрзянского движения — 91-летнего Евгения Четвергова (Нуянь Видяз) и 76-летнего Михаила Четвергова (Йогань Миньке). В 2025-м пенсионеры получили по два года условно за то, что «осуждали национальную политику РФ и стремились к созданию независимого эрзянского государства «Эрзян Мастор» путем выхода из состава России».
— Если даже таких людей в возрасте боится власть, то понятно, что она никакая не стойкая, не сильная и находится на пороге своего исчезновения, — комментирует этот приговор Сыресь Боляень.
Он сетует, что Европа по-прежнему «видит в России нечто такое, что может измениться, с чем можно говорить, о чём-то договариваться». Задача выставки, по мнению президента Лиги свободных наций, показать, что с Россией «договариваться ни о чём нельзя».
В момент открытия интерес к выставке со стороны прохожих выглядел скромно. Возможно, помешал проливной дождь, который обрушился на головы собравшихся практически одновремнно с началом акции. А, возможно, и время — большинство варшавян в эти часы ехало с работы домой. Впрочем, уже на следующий день, по словам организаторов, число посетителей выставки “Башкортостан: за нашу и вашу свободу” достигло 2,5 тысяч человек. Ознакомиться с ней в сквере Гувера можно будет до 24 июля.
Подписать петицию, обращенную к Европейскому парламенту, Европейской комиссии, Совету Европейского союза и Верховному представителю ЕС по иностранным делам и политике безопасности, можно здесь. Её авторы призывают Евросоюз публично потребовать освобождения политических заключённых Башкортостана, включая фигурантов «Баймакского дела»; установить лиц, причастных к репрессиям, и ввести в отношении них адресные санкции.
Снимки фотогалереи ниже можно листать как страницы в альбоме:
“Всходы” — независимый проект об эмиграции, жизни в Европе и ситуации за новым железным занавесом. Поддержите “Всходы”
