«Образование с непонятными функциями». Первые чистосердечные признания представителей России в ПАСЕ

Итак, состав первой платформы демократических сил РФ при ПАСЕ утверждён и расклад сил более-менее ясен. Победители дают первые интервью в новом качестве и уже достаточно расслаблены, чтобы скрывать истинные намерения. Свежие заявления оппозиционных селебрити демонстрируют нам симптоматику, не оставляющую уже никаких сомнений в том, кто и для чего рвался в Парламентскую ассамблею Совета Европы. Бонусом вас ждёт саморазоблачение явной фаворитки всех предваряющих финальный отбор рейтингов, которая в ПАСЕ в итоге так и не попала. Да, речь об Екатерине Шульман. 

В качестве главных итогов первого дня работы российской оппозиции в ПАСЕ прогрессивная общественность предпочла обсуждать ровно две пикантные подробности — хамскую реплику Владимира Кара-Мурзы, обозвавшего «Соту» обоссотой после вопроса о его доходах да вдохновенный рассказ участницы Pussy Riot Надежды Толоконниковой о преимуществах работы порнозвездой, которая даёт «возможность не зависеть ни от какой политической силы» (учитывая тот факт, что интервью брало издание, чуть менее, чем целиком, зависящее от Леонида Невзлина, это как бы намекало).

Но эти подробности достойны лишь упоминания вскользь. Куда любопытнее, кто что собирается лоббировать, и позволит ли новый формат работы европейских политиков с российской политэмиграцией лоббировать что-либо в принципе. 

Потому ключевые фигуры этой публикации «Всходов» — Михаил Ходорковский, Гарри Каспаров и всё успешнее ботающий по фене Владимир Кара-Мурза. Я сосредоточился только на них, поскольку именно они представляют сегодня три основных лагеря федеральной оппозиции, поделивших между собой места на платформе российских демсил при ПАСЕ. Понятно, что остальные семь участников основного списка давно уже примкнули — либо очень скоро примкнут — к одной из упомянутых фигур.

Относительную интригу оставляют лишь взгляды участников, вошедших в состав первой платформы по квоте для малых и коренных народов. Хотя всех деколонизаторов принято на автомате записывать в антироссийские силы, не все из упомянутой пятёрки выступают за отделение от России. Например, основатель медиа «Азиаты России» и бурятский активист Василий (Матюнэ Батлай) Матенов не говорит прямо о своём отношении к обретению Бурятией независимости и уходит от обсуждения этой темы в публичных дискуссиях.

А Павел Суляндзига, удэгейский активист, правозащитник и председатель совета фонда “Батани”, отметился весной 2025 года в числе подписантов декларации острова Оркас «о примирении» представителей коренных малочисленных народов Севера, Сибири и Дальнего Востока РФ, с одной стороны, и отдельно взятых представителей «российского гражданского общества», с другой. Сложно судить, привела ли декларация к реальному примирению малочисленных народов и российской оппозиции, но то, что она вызвала очередной раскол среди самих национальных активистов, является фактом. Поводом для сканадала послужили следующие строки: 

«Мы, как представители коренных малочисленных народов Севера, Сибири и Дальнего Востока, исходим из понимания, что в силу своей малочисленности и специфики расселения путь к самоопределению наших народов не предполагает создания собственных отдельных государств на территории нынешней России».

Всё это заставляет предположить, что минимум двое из пяти «деколонизаторов» могут примыкать к лагерю, возглавляемому Владимиром Кара-Мурзой и Натальей Арно, которые входят в руководящий состав фонда Free Russia Foundation. С FRF связана ещё одна пророссийски настроенная национальная активистка, возглавляющая, в свою очередь, фонд «Свободная Бурятия» — Александра Гармажапова. Последняя как раз и распиарила широко новость о подписании декларации острова Оркас. Есть версия, что  примирение на скорую руку понадобилось Арно и Кара-Мурзе в преддверии штурма ПАСЕ — чтобы заручиться поддержкой лояльных представителей малых и коренных народов в ассамблее. 

Остаётся неясным, пыталась ли пройти в ПАСЕ по «деколонизаторской» квоте сама Гармажапова. В числе кандидатов от Free Russia Foundation она не фигурировала.   

Теперь подробнее о взглядах главных действующих лиц игры престолов. Какие идеи они намерены продвигать при взаимодействии с европейскими политиками? 

Кара-Мурза — Путину: «Не твоя — вот и бесишься»

Начнём с Владимира Кара-Мурзы. По каким-то причинам этот финалист битвы за ПАСЕ дал развёрнутое интервью позже своих основных конкурентов. Уже после того, как Ходорковский и Каспаров рассказали, чем они намерены заниматься в ПАСЕ, журналисту Александру Плющеву, вышло 50-минутное интервью Кара-Мурзы в Bild. Выбор этой площадки и Максима Курникова в качестве интервьера был как будто неслучаен.

Курников более мягок, уютен и предсказуем, чем его коллега из Breakfast show, что вполне подходит Кара-Мурзе, который предпочитает формат монолога и избегает острых и неудобных вопросов. Симптоматичным в этом плане выглядело уже самое начало беседы. 

— Как вы себя чувствуете? Восстановились ли вы после отравления, тюремного заключения и всего того, что с вами было? — заботливо поинтересовался Курников вместо того, чтобы сразу взять быка за рога. Складывалось впечатление, что эта обязательная прелюдия была одним из обязательных условий появления Кара-Мурзы в эфире Bild.

Владимир Владимирович ответил «экспромтом» из анекдота про Рабиновича — «Не дождётесь» — но после этого лицо приняло серьёзный вид. 

— После тюрьмы три-четыре года нужно, чтобы вернуться полностью в реальность. У нас будет на этой неделе полтора года с нашего обмена. Так что всё ещё в процессе. Но работы много. Некогда об этом думать, — бодро отчитался гость, демонстрируя боевой настрой. Тут бы Курникову и перейти к ПАСЕ, но отработка обязательной программы, видимо, не предполагала такой скорости.

— Я вот как раз смотрю на ваши перелёты, на ваш рабочий график, на то, насколько часто вы оказываетесь в разных частях света… И думаю, насколько здесь как раз хватает сил ещё и на восстановление?! — продолжал дивиться неисчерпаемым запасам энергии внутри Кара-Мурзы Курников.

— Я, честно сказать, не посчитал себя вправе исчезать на несколько месяцев после освобождения, — потупив очи, молвил Кара-Мурзу, и каждому зрителю в этот момент стало предельно ясно: перед ним на экране — живое воплощение честности, скромности и ответственности. Конечно, сразу после этого политик прочёл короткую лекцию о том, сколь важны для политзаключенных поддержка и внимание с воли. И что он, Кара-Мурза, тоже в этом крайне нуждался, пока сидел, а сейчас вот в ПАСЕ он собирается поддерживать всех российских узников совести, что есть сил.

 Тут, собственно, и перешли к ПАСЕ.

— Это, безусловно, альтернативное политическое представительство россиян на международном уровне. То, что называют гражданской или общественной дипломатией. Почему Кремль так бесится? Кремлёвский нарратив на протяжении многих лет заключается в том, что нет Путина, нет и России. Они видят себя монополистами. В том числе — и в представительстве России на международной арене. Непонятно, кстати, с какой стати, — торжествующе объявил политик. После этого сомнений не оставалось: в борьбе за места в ПАСЕ Кара-Мурза конкурировал не с какими-то Ходорковским и Каспаровым, а ни много ни мало — с Кремлём. И теперь этот Владимир Владимирович получил, наконец, полное моральное право осадить другого Владимира Владимировича с высокой трибуны: «Не твоя [ассамблея] — вот и бесишься!»

Наговорившись об «альтернативном представительстве», которое наконец получила «значительная часть российского общества», выступающая против войны с диктатурой, политик сразу же предостерёг зрителей от поспешных выводов: представительство это вовсе не означает, что ему, Кара-Мурзе, нужен от них какой-то мандат.

— Когда я слышу какие-то разговоры, что можно было бы провести выборы онлайн — ну, простите меня, это было бы просто безответственно и недопустимо! Сейчас нет такого понятия, как безопасный защищенный интернет. Постоянно какие-то сливы, публикации баз данных… Любой человек в России, который примет участие в таких выборах, рискует завтра отправиться в тюрьму. Мы не имеем права, чтобы провести какие-то выборы, подставлять людей, которые находятся в России, — категорически отверг идею выборов при формировании платформы российских демократических сил политик.

О сотнях тысяч россиян, покинувших Россию с 2022 года и пребывающих в Европе, он даже не вспомнил. Курников, впрочем, и не настаивал.

Дальше выяснилось, что есть всё же в России прослойка людей, подвергать риску которых Кара-Мурза считает шагом вполне ответственным и допустимым.

— Абсолютно необходимо убрать из резолюции ограничение, что участниками платформы могут быть только люди, находящиеся вне России! Это просто оскорбительный сигнал тем согражданам, которые находятся в России и выступают против войны, против путинского режима — а им заранее говорят: «Нам всё равно, что вы думаете, вы тут абсолютно не при чём, вы в этом участвовать не будете!» — возмущенно выпалил Кара-Мурза.

Ещё раз: рядовой российский избиратель, чей голос последнюю четверть века абсолютно не волновал Владимира Владимировича, пустившего корни в Кремле, должен смириться с тем, что его голос теперь абсолютно не будет волновать и Владимира Владимира, собравшегося пустить корни в ПАСЕ. Так ему, рядовому российскому избирателю, безопаснее. Но остаются ещё в России лучшие люди города (попробуем догадаться, какого), которых их права стремиться в ПАСЕ лишать никак нельзя. И даже если в результате подобных устремлений их всех пересажают, это вовсе не конец света. Главный-то голос всех российских политзэков уже в Страсбурге, готов проповедовать с высокой трибуны. Он и за них выступит, ему несложно. 

Видимо, так представляет себе ситуацию не только Кара-Мурза, но Курников, у которого и в этом месте уточняющих вопросов к гостю не оказалось. Гость, меж тем, оказался настроен решительно.

— Мы уже пытались убрать это ограничение осенью. Надеюсь, в рамках тестового периода (то есть, 2026 года — А.Г.) мы этот момент поменяем, — пригрозил Кара-Мурза. 

Вообще у «президента России в изгнании» оказались на ПАСЕ наполеоновские планы. Но для этого не было большого смысла слушать 50-минутное интервью с Курниковым. Планами этими Владимир Владимирович делился уже не раз. Программа из пяти пунктов в формулировке самого Кара-Мурзы выглядит так:  

• Поддержка российских политзаключённых (как публичная адвокация, так и международные усилия по их освобождению)

• Привлечение к ответственности виновных в военных преступлениях и агрессии против Украины (в рамках созданного Советом Европы Специального трибунала)

• Повышение эффективности международных санкций против путинского режима

• Общественная дипломатия — политическое представительство антивоенной и демократической части российского общества на международном уровне

• Подготовка «дорожной карты» для демократического транзита в послепутинской России (как во внутриполитической, так и в международной сфере)

Пройдёмся по этим пунктам.

«Публичная адвокация» и «международные усилия» означают, что Кара-Мурза регулярно поднимает тему узников совести с высокой трибуны, а ломают головы над тем, что ещё предложить Путину в обмен на российских политзэков, Украина и Европа. Проще говоря, это щедрость за чужой счёт, позволяющая Кара-Мурзе выглядеть беспроигрышно при любом раскладе. Освободят кого-то — так это потому, что он тему поднял. Не освободят — значит, плохо старались. Надо было предложить Кремлю освобождение каких-нибудь головорезов из украинских и европейских тюрем. Или в знак доброй воли снять какие-то санкции. 

Если вы думаете, что я тут сочиняю что-то за Кара-Мурзу — ничуть. К подобным схемам в минувшем году призывали и сам Владимир Владимирович в изгнании, и нобелевский лауреат Дмитрий Муратов, и главная разоблачительница из ФБК Мария Певчих.

Пункт второй. Сомневаюсь, что Спецтрибуналу пригодится помощь Кара-Мурзы. Владимир Владимирович — видимо, по причине неискоренимого сочувствия к «нашим мальчикам» — высказывался и против россиян, воюющих на стороне Украины, и против поставок Украине новых партий вооружения. Сможет ли такой человек при изобличении российских военных преступников сохранять хладнокровие и не сведёт ли он в итоге всё к вине одного Путина? Меня терзают смутные сомнения.  

В случае с санкциями Кара-Мурзу не назовёшь образцом последовательности. Ещё весной 2025-го Владимир Владимирович категорически отвергал бланкетные санкции, а сейчас он призывает блокировать нефтяные танкеры (что, правда, делают уже и без него). Кроме того, президент России в изгнании продолжает критиковать санкции, бьющие «по рядовым россиянам». Но и тут дьявол кроется в деталях. Вот, например, наделавшее шума решение прекратить выдачу гражданам РФ шенгенских мультивиз — по рядовым россиянам бьёт или нет? Жаль, и этот момент Курников у Кара-Мурзы не уточнил.

Но мы подобрались к самому интересному.

Пункт «Общественная дипломатия — политическое представительство антивоенной и демократической части российского общества на международном уровне» это вообще о чём? Видимо, как раз о том, что Владимир Владимирович поставлен представлять всех антивоенных и демократических россиян в силу исключительных своих достоинств и безупречной морально-нравственной позиции. Ну а то, что эти самые россияне его не выбирали — так это время такое, не до выборов нынче…  

И, наконец, «демократический транзит». Я-то наивно думал, что необходимая часть дорожной карты на пути к демократическому транзиту это свержение путинской диктатуры. Но с этой частью транзита у Кара-Мурзы как раз пробел. Зато он настаивает на скорейшем возвращении РФ в Европу, как только всё — само собой, видимо — образуется. 

Не буду утверждать, что Курников вовсе не пытался добавить 50-минутной беседе со столпом российской демократии хотя бы чуточку скандальности и остроты. Где-то на середине пути Максим честно попытался, спросив у Владимира Владимировича о  его отношении к «фабрике эльфов» — ботоферме, выращенной упомянутым уже фондом Free Russia Foundation, где Кара-Мурза числится вице-президентом. И хотя Курников проявил удивительную для этого интервью настойчивость, президент в изгнании так и не снизошёл до обсуждения темы. Зато мы узнали, помимо прочего, что соцсети Владимира Владимировича сильно утомляют. 

Ходорковский и сеанс группового секса 

Второй явный победитель в схватке за места в ПАСЕ — политик, предприниматель и основатель Антивоенного комитета России (АКР) Михаил Ходорковский. В интервью Александру Плющеву Ходорковский назвал первый состав платформы российских демократических сил при ассамблее «не самым оптимальным, но достаточно рабочим составом».

Как оказалось, Ходорковскому не хватило в числе участников платформы людей, на которых он расчитывал. Это экономист Сергей Алексашенко, политолог Екатерина Шульман и активистка Анастасия Шевченко, которая давно уже воспринимается правой рукой МБХ. Все трое тоже выдвигались в ПАСЕ от АКР.  Но единственным вошедшим в состав платформы представителем комитета, помимо самого Ходорковского, оказался политик Дмитрий Гудков. 

Впрочем, свежие фотографии из кулуаров ПАСЕ демонстрируют, что открытых симпатизантов у МБХ там достаточно. Один из снимков, выложенных в сеть, запечатлел Ходорковского в окружении уже упомянутого Гудкова, врача и активиста Андрея Волны, общественника и топового блогера Марка Фейгина, а также участницы Pussy Riot Надежды Толоконниковой. 

В отличие от Кара-Мурзы, Ходорковский оказался более осторожен в оценках возможностей платформы.

Он заявил, что участники платформы могут «попытаться» обеспечить представительство и защиту антивоенных россиян. Говоря о политзаключенных, МБХ заметил, что эффективно удаётся помогать им, когда это делается «тихо».

Ходорковский добавил, что специально едет в Страсбург на день раньше сессии ПАСЕ, намеченной на 29 января, чтобы в кулуарных беседах с европарламентариями понять, о чём можно «договариваться», и выяснить «границы возможного». Сам он предполагает, что платформа российских демократических сил сосредоточится на трёх ключевых темах.

— Основной мандат ПАСЕ — правозащитный. То, что происходит сегодня с теми россиянами, которые уехали или находятся в России, но являются антивоенными. Другая часть — вокруг прекращения войны, вокруг помощи Украине и украинцам и того, что будет происходить с этим. И, наконец, будущее России, — обозначил темы основатель АКР.

Причём обсуждать будущее России достойны, по мнению Ходорковского, не все участники платформы.

— Люди, которые считают, что Россия не должна существовать, вряд ли должны обсуждать будущее этой самой России. Они считают, что они из этой России должны выйти. Это их право — я имею в виду обсуждать это. Это их право предлагать это тем людям, которым они хотят это предложить. Но обсуждать будущее России им незачем, — заявив предприниматель, пояснив, что считает квоту для коренных и малых народов в составе платформы «временной мерой», необходимой до тех пор, пока для деколонизаторов «не будет создана отдельная платформа».

Всё это звучало бы вполне логично, если б не одно но.

Если Ходорковский готов без лишних условий смириться с провозглашением независимости всеми, кто собрался на выход, то и впрямь — зачем им обсуждать за одним столом с МБХ будущее России? Пусть обсуждают будущее своих государств.

Вот только сам Ходорковский — противник распада и сторонник удержания национальных республик в составе РФ в том числе силой. Потому идея являет нам прекрасный образчик иезуитской — а, возможно, и комсомольской — логики: раз деколонизаторы так хотят покинуть Россию, первым делом следует запретить им обсуждать будущее России. А вторым — продолжить обсуждать будущее России со всеми нацреспубликами в составе уже без них. Оно так и удобнее даже — быстрее удастся консенсуса достичь. Неясно только, где же подвох? 

Эту логику в принципе исчерпывающе описывает старый похабный анекдот:

— Сосед, в групповом сексе участвовать будешь?

— А кто ещё участвует?

— Я, ты, твоя жена… 

— Не, так я не согласен!

— Хорошо, тебя вычёркиваем.

«Опять выходим на «паспорт хорошего русского» 

В отличие от Кара-Мурзы, сооснователь «Форума Свободной России» Гарри Каспаров уверен, что выборы делегатов российских демократических сил в ПАСЕ проводить можно и нужно.  

По словам Каспарова, в этот раз состав платформы российских демократических сил определял лично председатель ПАСЕ Теодорос Русополос, который «явно смотрел на степень известности» и вместе с тем пытался «найти какой-то баланс». Причём окончательный список участников, заверяет политик, оставался загадкой до самых последних дней.

Ещё один инсайд от Каспарова: сумятицу в формирование платформы внесла «тема деколонизаторов». Из рассказа политика следует, что изначально России в ПАСЕ хотели выделить 18 мест, но когда возник вопрос о национальной квоте, количество стульев для россиян почему-то сократили до 12. В итоге, правда, сформировали список из 15 человек. За увеличение квоты, возможно, тоже стоит благодарить Русополоса, у которого никак не раскладывался пасьянс.

— Пять дней назад получили информацию, что Русополос и так перебирал, и так перебирал — явно у него расклад не выходил. А там ещё и гендерный вопрос, — описал муки экс-председателя ПАСЕ Александру Плющеву Гарри Каспаров (формирование российской оппозиционной платформы — последнее, что успел сделать Русополос на занимаемом посту, прежде, чем сложил полномочия).

В любом случае политик уверен: делегатов для следующей каденции в ПАСЕ должны отбирать уже сами россияне.

— В ближайшие полгода можно будет создать базу избирателей, которые будут решать, кто их будет представлять, — заявил Каспаров.

Евросоюз, считает гроссмейстер, должен «найти решение о статусе людей, которые порвали с путинской Россией».

— На сегодняшний день мы имеем, наверное, сотни тысяч человек, которые повисли между небом и землёй. У них нет никакого представительства, — описал Каспаров ситуацию с политэмигрантами из России. — Кто-то получил ВНЖ, кто-то не получил, большинству непонятно куда деться, с паспортами — проблема, они не продлеваются

Но эта проблема решаема.

— Опять, как ни крути, выходим на «паспорт хорошего русского», — съязвил Александр Плющев, напомнив, что соответствующий мем родился именно с лёгкой руки Каспарова.

— «Паспорт хорошего русского» — это концепция. Я использую: «Русский Тайвань», — парировал политик, пояснив, что, согласно его идее, для легализации в Европе каждый человек, желающий порвать с путинской Россией, должен будет подписать некий документ, фиксирующий это.

— Я назвал Берлинскую декларацию. Но это может быть другой документ. Дальше — какой-то уровень проверки [со стороны госструктур Евросоюза]… У тех, кто не хочет быть частью путинского фашизма, должен быть выбор.

Мы должны позаботиться о тех, кто уже уехал, и дать какую-то перспективу тем [остающимся в России], кто хочет начать жить в другом месте. Мы говорим, на самом деле, про несколько миллионов человек максимум, — обрисовал суть механизма Каспаров.

При этом политик признал, что у него хорошего рецепта помощи политзаключенным, уже сидящим в российских колониях и тюрьмах. Включать узников совести в списки обмена в случае достижения между Россией и Украиной каких-то мирных договорённостей «будет непросто, у них (украинцев — А.Г.) там своих пленных хватает».

Идея освобождения политзэков в обмен на послабление санкций тоже чревата, предостерёг Каспаров: 

— Здесь простого решения нет, идёт война. Наверное, есть какой-то механизм послабления санкций… Но здесь опять же без Украины не обойтись. Что такое послабление? Это — увеличение возможностей Путина вести войну. Идею помочь тем, кто оказался в путинском гулаге, поддержу. Но у нас будет немало логических… логистических препятствий на этом пути.

В любом случае, чем будет заниматься платформа оппозиционных россиян при ПАСЕ и какой она получит вес, до сих пор неясно.

— Полномочия никем не определены, — признал Каспаров. И констатировал «появление легитимного образования с непонятными функциями». Впрочем, по мнению чемпиона мира, у российской оппозиции наконец появились шансы «облечь в бюрократическую форму» свои предложения.

«С опытом недавнего мученичества» 

Категорически против того, чтобы российские политэмигранты обрели субъектность, получив, наконец, возможность выбирать симпатичных им политиков, оказалась, что удивительно, не прошедшая в ПАСЕ политолог Екатерина Шульман.

И это удивительно даже вдвойне, поскольку именно Шульман, как абсолютной победительнице неформального голосования, посвятило крайне комплиментарную статью издание «Медуза». 

«На свободных выборах в России победила бы Екатерина Шульман. По крайней мере, она — лидер голосования среди читателей «Медузы» по поводу того, кто должен представлять оппозицию в ПАСЕ», — просветило издание своих читателей.

Шульман, согласно итогам опроса «Медузы», получила 25% голосов — и это несомненная победа.

К примеру, Кара-Мурза и Ходорковский получили 8% и 7%, соответственно. И это ещё неплохой результат. Прошедшие в ПАСЕ Дмитрий Гудков, Гарри Каспаров и Любовь Соболь набрали в голосовалке издания и вовсе по два процента.

Тут следует уточнить, как издание «Медуза» представляет себе свободные выборы. Во-первых, она опубликовала не полный список кандидатов, насчитывавший по оценкам, порядка 200 человек, а ограничилась лишь теми, которых редакция сочла «публично известными». Во-вторых, как уверяют злые языки, голоса за кандидатов можно было с лёгкостью накручивать. 

Но хватит «Медузы», вернёмся к Шульман, тоже отметившаяся в эфире у Плющева.

Политолог, которую, возможно, впервые за последнее десятилетие не включили в список российских либеральных селебрити автоматом, нашла вполне остроумное объяснение, почему в ПАСЕ для неё места не нашлось.Точнее, даже не одно объяснение, а несколько. 

Во-первых, сама она не выдвигалась, а была всего лишь выдвинута (от АКР).

Во-вторых, в ПАСЕ предпочли «политических акторов», а не «академическую экспертизу».

В-третьих, требовался «состав, не сильно раздражающий украинскую делегацию».

Из прошедших в ПАСЕ похвалы Шульман тем не менее удостоились целых «два столпа делегации», которых «там не могло не быть». 

— Кара-Мурза — человек, которого больше всего любят и уважают из всего списка, в ПАСЕ и других европейских властных органах. Человек с репутацией, с опытом недавнего мученичества (sic! — А.Г.), очень хорошо говорящий на нескольких европейских языках… Вообще соответствующий представлению этих людей, как должен выглядеть и вести себя цивилизованный политик. Дмитрий Гудков — человек, который больше всего сделал с точки зрения практической и организационной работы, он там дневал, ночевал, не вылезал… И вообще большая часть закулисной аппаратной работы легла на его плечи, — обосновала свои симпатии Шульман. 

Ходорковский и Арно прошли в ПАСЕ как руководители организаций — для того, «чтобы первый состав имел вес, чтобы были не ноунеймы». Позволит, впрочем, вес ноунеймов добиться совсем немного.

— Платформа может надеяться быть выслушанной, полномочий нету, — резюмировала политолог.

Про список коренных и малочисленных народов Шульман тоже отозвалась довольно сухо: «Я этим сегментом мало интересуюсь».

Зато идея Каспарова организовать в следующем году выборы в ПАСЕ привело к самому настоящему фонтану красноречия. Политолог заявила, что она «против любых электоральных процедур в исполнении диаспоры», поскольку это «неоправданно рискованно».

— Можно представить что подобного рода выборы будут проходить среди людей, не боящихся уголовного дела на родине, разорвавших связи с РФ, не имеющих там родственников, не имеющих там имущества, не имеющих там ни кола ни двора и вообще ни одного близкого человека, о которых они могли бы беспокоиться, — нарисовала портрет отщепенцев, готовых во что бы то ни стало отстаивать свою субъектность, Шульман.  

Даже удивительно, что пугает последствиями участия в выборах эксперт, призывавшая не отказываться даже от самых безнадёжных электоральный процедур вроде президентских псевдовыборов 2024 года в России. И, что самое интересное, речь впервые за долгие годы может идти о выборах, где есть шансы проголосовать за действительно симпатичного тебе кандидата и твой голос действительно что-то решает.

И хотя Шульман не прошла в ПАСЕ, боюсь, что Каспаров со своим предложением всё равно рискует оказаться в меньшинстве.

“Всходы” — независимый проект об эмиграции, жизни в Европе и ситуации за новым железным занавесом. Поддержите “Всходы”